24 июля. 150 лет назад родился учёный-правовед, публицист Михаил Николаевич Гернет (24.07.1874, г.Ардатов Симбирской губ., ныне Республики Мордовия — 16.01.1953, г.Москва). С 1886 года жил с семьёй в Симбирске. Окончил Симбирскую мужскую гимназию (1893), Московский университет (1897). С 1918 года профессор юридического факультета МГУ. Не раз в летние месяцы приезжал в Симбирск-Ульяновск.
Доктор юридических наук (1936). Автор сочинений «Детоубийство» (1911), «Смертная казнь» (1913), «Преступный мир Москвы» (1924), «Преступность за границей и в СССР» (1931), «История царской тюрьмы» (1956) и др. Заслуженный деятель науки РСФСР (1928). Лауреат Госпремии СССР (1947).
ИСТОРИЯ ЦАРСКОЙ ТЮРЬМЫ
(отрывок из книги)
По-видимому, Радищев считал, что жизнь будет оборвана руками палача. Показателями такого его настроения является написанное им 27 июля завещание и, вероятно, в то же время отправленное письмо Шешковскому. В первой из названных бумаг он делал распоряжения о своём имуществе, об освобождении на волю некоторых из крепостных, просил прощения у родителей за причинённое им горе, просил позаботиться о его детях и пр. Письмо к Шешковскому затрагивало эти же самые темы, в нём Радищев просил разрешить последнее свидание с родными. Общее впечатление от обоих этих документов тяжёлое.
Мысль Радищева о неизбежной смертной казни должна была ещё более укрепиться после утверждения 7 августа Сенатом приговора палаты уголовного суда. Сенат, передавая свой приговор на утверждение Екатерине, постановил: до воспоследования высочайшего указа о смертной казни заковать осуждённого в кандалы и сослать его в каторжные работы в Нерчинск, чтобы таким образом отнять у него возможность вновь совершать «такие предприятия».
Екатерина, в удовлетворение воли которой постановили свои приговоры оба судилища, лицемерно предоставляла Государственному совету окончательно решить участь осуждённого, заявив вместе с тем, что сочинение Радищева явилось нарушением присяги на верность престолу. Конечно, Государственный совет согласился с этим и подтвердил 19 августа осуждение виновного. В третий раз был вынесен смертный приговор.
После утверждения высшим государственным учреждением империи осуждения автора «Путешествия» императрица успокоилась. Необычная спешка судебного разбирательства прекратилась. Для осуждённого же начались томительные дни ожидания санкции самой императрицы. Екатерина теперь уже не торопилась. Только через две недели, 4 сентября, она дала указ Государственному совету. Снова дословно приводилось обвинение Радищева из указа 13 июля с добавлением осуждения за нарушение присяги верности престолу и признания виновности в самовольном пополнении своего сочинения без разрешения цензуры. Подчёркивая свою милость, Екатерина заменила смертную казнь лишением дворянства, чинов и ордена и ссылкою в Сибирь в Илимский острог, на десятилетнее безысходное пребывание.
Писателя отправили в Сибирь закованным в кандалы. Их сняли лишь в пути благодаря хлопотам князя Воронцова, любившего Радищева и заботившегося о нём и после его осуждения. Однако никакие хлопоты не поколебали гнева Екатерины. Только после её смерти Павел вернул 23 ноября 1796 года писателя из ссылки для проживания в имении под негласным надзором. Через пять лет, 13 марта 1801 года, последовала полная амнистия осуждённого, и он был призван к участию в «Комиссии законов». Здесь Радищев с жаром принялся за работу, но его намерения шли дальше, чем намерения умереннейших либералов-аристократов, рассчитывавших вовремя предпринятыми реформами отдалить от России опасность революционного потрясения. Радищеву же, вновь обнаружившему опасный образ мыслей, пригрозили Сибирью. Не выдержав гнёта самодержавия, Радищев в 1802 году покончил жизнь самоубийством. «Потомство за меня отомстит», — сказал он перед смертью.
Невольно возникает вопрос, о каком отмщении говорил в своих последних предсмертных словах Радищев: за что, кто и кому должен был отомстить?
Автор протеста против гнёта самодержавной власти и против крепостного права, призывавший крестьян к активным действиям, трижды выслушивал приговор к казни, постановленный крепостниками-судьями, — уголовной палатой, Сенатом и Государственным советом. Он жестоко обманулся, когда согласился работать вместе с этими крепостниками в либеральной комиссии законов Александра I.
В борьбе против крепостного права путём реформ Радищев снова потерпел поражение. Когда ему пригрозили вторичной ссылкой в Сибирь, его терпение истощилось. Он увидел, что путь реформ — не его дорога. И с новой силой воскресла прежняя его вера, что народ сам — кузнец своего счастья.
Так он умирал, потеряв веру в себя, но не в свои идеалы, не в свой народ, бедственное положение которого он так хорошо знал. Эта вера внушала ему, что сам народ явится мстителем за себя и за него и отомстит своим угнетателям.