ЧАСОВЫЕ ПАМЯТИ

Лев БУРДИН

Рабочая смена

Душа тоскует на морозе.
Война. Далекий снежный год.
«Кукушка», старый паровозик,
Увозит смену на завод.
И прикорнув на верхней полке,
В густом махорочном чаду
Мальчишка видит сон недолгий
Про сливы спелые в саду.
Но вот конец пути. И – Волга!
Пыхтит с одышкой паровоз,
Зашевелились все на полках,
В вагоны ломится мороз.
Река ночная дышит стужей,
Через неё (дела не ждут)
Подростки в ватниках кургузых
К заводу медленно идут.
Февральский лёд брони покрепче,
Не всхлипнет в проруби вода.
Мальчишек худенькие плечи
Я не забуду никогда!
Заря горит свечой нежаркой
Над мёрзлым полем в стороне.
Сидеть мальчишкам бы за партой!
Нельзя: мужчины на войне…

Леонид СУРКОВ

Лук

Глухой зимой в лабазе мрачном,
Где прежде сроду не бывал,
Для друга, что лежал с горячкой,
На рынке мёд я покупал.

Кому-то деньги сунув в руку,
Поволжский слышу говорок:
«Родимый, может, купишь луку?
Из Шиловки… Возьми, сынок».

И как-то вдруг, смутясь нежданно,
Я вспомнил отчее село,
Войну, беду… И сердце странно
Под горло комом повело.

Но говорю, собравшись с духом:
«Да, да… Куплю, конечно, мать…».
А сам боюсь, что в короб с луком
Могу, сорвавшись, зарыдать.

Мне годы вспомнились тревожно,
Когда в шинельке тишины
На костылях столбов дорожных
Апрель к нам приходил с войны.

В избе с голодными горшками,
Хоть в гроб заранее ложись.
Лишь лук зелёными руками
Голосовал за нашу жизнь.
Когда же праздник наши беды
Сквозь горечь слёз порасплескал,
Он первым с грядок в День Победы
Нам, как солдат, салютовал…

Давай же, мать, на все без сдачи,
Я знаю, что, придя домой,
Над этим луком я заплачу,
Такой-то в Шиловке он злой.

Александр ЛАЙКОВ

Опять над Волгой вечерами
На остывающем Венце
Я нежно думаю о маме
И гордо – о своём отце.

Туман над Волгою клубится,
Мерцают звёзды в тишине…
Ракетный контур обелиска
Напоминает о войне.

Луна расколотою каской
Плывёт, качаясь на волнах.
Отец с отвагою солдатской
Который год воюет в снах.

Горит над Волгою рябина,
Ветёлка плачет у крыльца…
Медаль «За взятие Берлина»
Сияет на груди отца.

* * *

Вячеслав ТАШЛИНСКИЙ

Седой человек одинокий
В квартире напротив живёт.
Он китель с наградами носит
При встрече мне честь отдаёт.

При том произносит шутливо:
«Приветствую вас, генерал!»
С улыбкой такою счастливой,
Что, кажется, горя не знал.

А жизнь его гнула и била,
Была она огненный ад.
Ему испытаний хватило:
И плен, и жестокий штрафбат.

Он выжил, хотя изранен,
Он видел победный салют.
Я слышу: «Давай помянем
Солдат, что уже не придут…»

Потом он альбом откроет,
Покажет фото друзей.
О, грустная эта повесть
Тяжёлых боёв и потерь.

Память его тревожит,
Память лишает сна.
Из дома уйти не может
Не прошеная война.

* * *

На пиджаке блестели ордена
И седина белела из-под кепки.
Добрёл он до заветного окна
И протянул приёмщице рецепты.

Чуть пробежав мудреную латынь,
Она сказала с равнодушным видом,
Что нет лекарств, и вы тут не один,
А ветеран заплакал от обиды.

Дрожали, возмущаясь ордена,
И вздрагивали плечи у солдата,
Да помнит ли великая страна,
Кто спас её в далёком сорок пятом?

Уходит восвояси ветеран,
Уходит без скандала и укора,
И покатились, не попав в карман,
Из тюбика таблетки валидола.

День Победы

О, этот невозвратный миг:
Когда и плакали, и пели,
Когда с улыбкой фронтовик
Нёс малыша, прижав к шинели.

Когда босая детвора
Неслась по улице весенней,
И было звонкое «Ура!»,
Казалось, слышно всей Вселенной.

Шёл в парк восторженный народ,
Спешил на самый главный праздник,
Народ, уставший от невзгод,
От горьких лет и лет ужасных.

Не помню я победный май,
Не видел праздничное небо.
Я не ходил, был слишком мал –
Была великою Победа!